umbrella walks through heavy snowfall

umbrella Young happy woman in red scarf and black faux-fur coat under iridescent umbrella walks through heavy snowfall along rural road. Bad weather, storm warning, village, wintertime, snowly
Tell a contributor

Have friends who are as talented as you are when it comes to making great content? Have them join our growing community and increase your earnings!
Have them sign up with your personal link:
Need contributor

Tell a customer

Earn more by promoting Shutterstock AND your work? Link to your portfolio on your website, Facebook, Twitter, and Instagram.
Share your portfolio:

Portfolio

Shutterstock

Links page



Tell a contributor

Have friends who are as talented as you are when it comes to making great content? Have them join our growing community and increase your earnings!
Have them sign up with your personal link:
Need contributor

Tell a customer

Earn more by promoting Shutterstock AND your work? Link to your portfolio on your website, Facebook, Twitter, and Instagram.
Share your portfolio:

Portfolio

Shutterstock

Links page


Tell a contributor

Have friends who are as talented as you are when it comes to making great content? Have them join our growing community and increase your earnings!
Have them sign up with your personal link:
Need contributor

Tell a customer

Earn more by promoting Shutterstock AND your work? Link to your portfolio on your website, Facebook, Twitter, and Instagram.
Share your portfolio:

Portfolio

Shutterstock

Links page


Часто думаю, почему я не живу в Питере.
Вроде там кажется душа моя должна успокоится.
А я там не был. Уже много лет…

Про туманный Питер и про то что кровь не отмывается…

Вторая часть обещанного статуса. Начнем с ужасов туманного Питера.

Обещаю леденящие сердце подробности про квартиру с призраком.
1983 год. Моей тогдашней подруге с ребенком, беременной вторым, с третьего раза дают ордер на 40 метровую комнату в прекрасной коммуналке после капремонта, 2 линия В.О.
Вторым соседом в оставшейся маленькой комнатушке селят ее бывшего, мужа и соседа по прежней коммуналке.

Квартира прекрасная на вид, оказывается очень несчастливой и беспокойной. Я не знаю ее историю до капитального ремонта. Но после заселения начался сущий кошмар. Курьеры с Таджикистана и Башкирии, музыканты, поэты, диссиденты. Большая кухня в которой ни днем, ни ночью не выключался свет. В маленькой комнате, полы полностью были застелены матами, матрасами и одеялами. Хороший музыкальный центр и коллекция винила. Мы заперли комнату и там не жили.

У меня было 13 метров в коммуналке на Марата. Там у меня было относительно спокойно и тихо. Моя подруга Надя, была кривоногой, черноволосой как индианка, ослепительной красоты еврейкой. Родители ее уехали в штаты, кажется в 80-х. Надя осталась из за того, что на тот момент находилась под следствием.

Сейчас бы я от всего этого бежал не оглядываясь. Но в молодости все предметы имеют другую окраску. Длинные, колдовские Надины глаза и черные волосы до пяток! Знаменитые родственники: Паперно, Баглай, Вера Панова, Дар. Что мне с этого казалось бы!? Еще в 80-х я мог уехать с Надей в Америку к ее родне. Это меня манило просто как возможность.

Перед этим, я года полтора прожил в Эстонии, в эстонской семье, где по эстонски надо было разговаривать даже с двумя комнатными маленькими собачками. Мой старший Karel Kravik до сих пор не разговаривает по русски, почти.Ни в какую заграницу меня не тянуло уже тогда.

Вернемся к событиям. У ее бывшего была новая подруга, приехавшая из Сибири, город Ангарск. Они приходили в гости к нам на Марата. Вера, так звали девочку, хотела научиться фотографировать. Я обещал ей попробовать научить. Наши глаза встретились. Я обожаю блондинок, но живу почему то с шатенками. Вера была блондинкой с голубыми глазами. Натуральной, длинноволосой, с бледной фарфоровой кожей.
Наверное о таких писал поэт: Бледные петербургские развратницы. Какая то нездоровая сексуальность. Была, была искра между нами. Какое то время мы не встречались.

Надя родила сына Кирилл Баглай Я все таки удрал домой, потом вернулся за Кириллом. Его, прямо у меня из рук забрала бабушка и увезла под Одессу.

Тогда тихой квартирки на Марата уже не было, Надя и Вера жили в одной квартире на Васильевском, в той самой. Я поселился в Красном Селе. В квартире на Васильевском из 19 человек, которых я знал близко, осталась одна Вера. Ее мужа посадили, одну девушку флейтистку, выбросили из поезда, другие тоже закончили трагично. Последней была Вера. Она еще долго ходила на работу в банк. Иногда по старой памяти, заходили старые знакомые, но не задерживались надолго, квартира была на заметке. Потом в квартиру вообще перестал кто либо ходить, а двойные прочные двери в нее, перестали открываться!

Соседи вздохнули с облегчением, пока месяцев аж через 7, не почувствовали стойкий трупный запах. Я боюсь даже представить, что увидели вызванные милиционеры. Наша с Надей большая комната. Дверь в нее была плотно закрыта. Еще две двери в подъезд. Крюк в потолке, сгнившая веревка и то что осталось от тела выпавшего из петли. Место обвели маслянной или нитрокраской, которая потом не смывалась. В квартире остались прописаны двое детей, одним из них был мой. Надя отсутствовала. Ее бабушка списалась с моей, воспитывавшей Кирилла и сохранила квартиру за детьми. У меня даже остались письма.

Ну и наконец перепрыгнем через много лет. Я благополучно живу в Волгограде, торгую своими и чужими картинами на Аллее Героев. Сумел даже заработать на квартиру. Кирилла присылала ко мне бабушка. Они с дедом стали совсем старыми. Он приехал…. и уехал. Одно время его пытался взять к себе мой отец, но восстала и запретила мачеха Брайловская. Долгое время Кирилл считал своим отцом, моего. А меня то ли братом, то ли дядей.

После смерти бабушки, а потом деда, в родстве мы разобрались. Приехав в бабушкину квартиру под Одессой, я застал Кирилла спящим обутым на кровати и с удочками наготове. Была ранняя осень. Он ловил себе рыбу, продавал что то из вещей, бомжевал одним словом.

Я связался с Надей, которая стала порядочной и заботливой мамашей. Родила рыжеволосую дочку и наверное чувствовала свою вину перед Кириллом. Квартира в Питере на В.О. так и была оформлена на Кирилла и его сводного брата.

Три дня и две ночи в поезде Одесса-Питер и мы из осени приезжаем в зиму. Новый муж Нади отво
зит нас на машине на Васильевский. По дороге Надя рассказывает, как она сдает квартиру и берет предоплату за 6 месяцев. По ее словам, самые стойкие прожили там почти 4 месяца. В квартире сделали косметический ремонт, она и так была в порядке. Крюк из потолка не вынули почему то и обводку Веркиного тела на старом паркете убрать не удалось. По всем комнатам и на кухне, стояли свечки, образки, верба перевязанная ленточкой. В квартиру приглашали священников разных конфессий, ее кропили, святили, окуривали ладаном, поливали святой водой.

Надя ее сдавала, но к нашему приезду она в очередной раз пустовала. Мы встретили сводного брата Кирилла и отправились погулять по Питеру. Кирилл шел по Невскому как ледокол, в афганской тельняшке и кожанке. Дорогу он не уступал и ни от кого не уклонялся, его сводный брат семенил чуть в сторонке. К вечеру вернулись в квартиру.

Мне не было еще сорока. Всего чего можно было бояться, я перебоялся. А моя способность оказываться в падающем самолете вызывала удивление. Это моя любимая притча, когда Кастанеда усомнившись в магических способностях Дона Хуана, спрашивает, что тот будет делать в падающем самолете. Тот ответил, что для начала, он никогда не сядет в такой самолет. Это сейчас я читаю сны и выделяю безошибочно в толпе людей, которые скоро умрут. Я помню, последний разговор с мачехой. Я точно знал, что мы не будем с ней больше разговаривать. Она не знала, спорила…

Никто не готов проснуться в вечности, висящим в лабиринте и закованным в кристалле со всеми своими воспоминаниями. Хорошими и плохими. Никто не готов к тому, что он не может даже мысленно сформировать букву.

Сотню лет уйдет чтобы мысленно сформировать слово. Потому что время остановилось, а тебе приходится преодолевать вечный лед, чтобы выдохнуть слово: Господи… Еще через тысячу лет ты черпая энергию из очень далекого от тебя источника, сможешь закончить фразы: …помилуй меня грешного!

Научился молится я тюрьме, в карцере. Через 7 дней карцера сознание меняется. Через два раза по пятнадцать суток ты выходишь легким и светлым, почти без грехов.

Чему я не научился, это проклятиям! Ты посылаешь огненную, громыхающую, скрипящую огромную колесницу в сторону безмятежно спящего человека. Она прокатывается безжалостно калеча его.

Протом ты счастливо живешь, у тебя красивые дети, любимая жена, вы спите по своим комнатам и вот однажды колесница возвращается, чтобы прокатится по твоему дому. и кто уцелеет ты не знаешь. Приходишь из рая, а потом в поте лица добываешь хлеб свой и другого пути нет.

Тяжелый труд, это молитва. Ветер, дождь, снег, закаты, реки, леса, горы. Потом оказываешься черствой, глинистой землей и видишь снизу жену, двух сыновей и красавицу дочку.

И наконец, после всего, оказываешься в лабиринте в теплом, сухом месте близко к источнику всего. Однажды твоя часть лабиринта, начинает вибрировать, ты из кристалла превращаешься в белую, летучую мышь и несешься куда то.

Тебя позвали. В тебя вдохнули энергию.
Ты теряешь сознание от вновь обретенной возможности двигаться, лететь.

Долетев до места ты видишь себя с выросшими крыльями, в облачении архангела, в руках у тебя меч.

Перед тобой вырастают три фигуры в грязных бинтах, перемотанные саваном, которым ты мечом сносишь головы. Головы перемотанные целофаном ты пытаешься рассмотреть. Знакомые очертания, но ты не уверен. Это твое отмщение. Оно поселяется в твое сердце. головы катятся в ледяное озеро, потом вмерзают в айсберг. Тысячи лет, чтобы поймать каплю тепла…

Ты возвращаешься в жизнь и пытаешься спасти своих обидчиков. Просыпаешься ночью, когда вспоминаешь приоткрывшуюся тебе безысходность ледяного озера. Потом заставляешь себя вспоминать и писать. Кто был первым, вторым, третьим из тех трех фигур. Называешь имена, но нет уверенности. И снова вспоминаешь.

Снова вспоминаю квартиру на Васильевском и проведенную там ночь. За Кириллом пришел сводный брат. Они ушли к нему ночевать, а я остался один. Предчувствия уже одолевали меня. Мое состояние можно описать, как состояние Хомы, когда он оказался в церкви наедине с паночкой. Не мог же я попросить Кирилла не уходить. Причина?! Спать я лег в маленькой комнате почему то на раскладушке. Скрипнула дверь, грохнула форточка на кухне. Услышал даже дверь в подъезде. Встал, закрыл окно, форточку, проверил шпингалеты, подергал дверь.

Долго сидел на кухне и курил. Лег, снова грохнула форточка и Верка пришла из дальней, своей комнаты. Я не накидываю на себя пуха, но один раз я видел летающую тарелку в уральской тайге и один раз разговаривал с призраком. Меньше часа. Открывать или закрывать глаза было бесполезно. Светящийся, переливающийся силуэт. Красиво и жутко. Разговор без помощи губ. Сначала я пытался шептать, потом стал обходится и без этого. Она сказала, что не тронет меня, потому что помнит, что я не сделал ей ничего плохого. как вынула шип из сердца. Рассказала, что здесь живет, не может уйти из этого места. Не хочу ничего сочинять. Только то, что запомнилось.

В Питере я пробыл неделю. Кирилл познакомился с мамой и остался у нее. Конец 90-х. Потом я продал бабушкину квартиру и поделил деньги за нее, себе и Кириллу. Потом Надин телефон перестал отвечать и я окольными путями узнавал о судьбе квартиры. Ее продавали, покупали, делали ремонт, святили, мыли, снова продавали. Если буду в Питере, поговорю с новыми хозяевами. Мне иногда представляется человек сорок узбеков живущих там, которые ночью, по дороге в туалет, старательно обходят Верку и на своем тарабарском, просят ее их не трогать. А она их жалеет…

Потому что когда то сама приехала в Питер из Ангарска искать счастья. Наверное все о Питере, может Кирилл меня в чем то поправит!?

Мамину квартиру, где ее убили, об этом я писал много раз, купил Паршев Анатолий Федорович, 75 лет, компания Продтранс. Он там курирует службу безопасности в фирме своего сына. Фирма находится недалеко от Дмитровского кладбища где похоронена мама. Из короткого общения с ним, я понял, что он уже знает, что купил проблемную квартиру, но как мой отчим Сгибнев Александр Михайлович, которому в сентябре стукнет 90 лет, ничего не боится и не опасается.

Как прожила в этой квартире Лена, имеющая самое непосредственное отношение к убийству мамы, мне остается только догадываться. Люся, на кого квартира была оформлена никогда не жила там даже пару дней, насколько я знаю. Ее рассудок я не могу назвать здравым или просто зачерствевшее сердце!? Очень жаль маму, которая так этой квартирой дорожила и приняла за нее мученическую смерть. Выгнала из нее когда то Лену, узнав, что та проработала в Киргизии несколько лет валютной проституткой и приехав в Волгоград, хвасталась этим. А она прожила там 7 лет. Закрыв наглухо окна и шторы в маминой комнате и обложившись иконками Матроны. За это Ленино счастье, мама не увидела своих внуков. о которых так мечтала. В квартире идет капитальный ремонт, но кровь не смывается…

Tell a contributor

Have friends who are as talented as you are when it comes to making great content? Have them join our growing community and increase your earnings!
Have them sign up with your personal link:
Need contributor

Tell a customer

Earn more by promoting Shutterstock AND your work? Link to your portfolio on your website, Facebook, Twitter, and Instagram.
Share your portfolio:

Portfolio

Shutterstock

Links page

umbrella walks through heavy snowfall

umbrella Young happy woman in red scarf and black faux-fur coat under iridescent umbrella walks through heavy snowfall along rural road. Bad weather, storm warning, village, wintertime, snowly

Facebook Comments

Tagged with:  

Comments are closed.